Мне, как исследователю, повествующему о многообразии пуль для гладкоствольного оружия, тоже приходится очень часто сталкиваться с несправедливостью в области авторства и источников. Причем чаще всего, несправедливость эта проявляется в том, что добросовестные конструкторы несправедливо обвиняются в краже идей. И обвинения эти зачастую опираются лишь на эмоции, возникающие от сличения совершенно абстрактных признаков. Люди видят две поверхностно похожие пули от разных авторов и начинают провозглашать громкие заявления, не потрудившись при этом разобраться ни в исторических предпосылках, ни в технических параметрах, ни в правовых аспектах. Только лишь под властью своих чувств и эмоций. Но мы-то знаем как легко можно эти чувства обмануть, и особенно под действием эмоций.
Учитывая то, как часто приходится с этим сталкиваться, и еще то, что я намерен из исследователя узакониться в числе еще и изобретателей, необходимо максимально подробно разъяснить этот вопрос, таким образом изложив свою твердую обоснованную позицию, чтобы в дальнейшем сэкономить время всем, кто пожелает с нею ознакомиться и себе, конечно же, тоже.
Этот вопрос состоит из технических, исторических, юридических и морально-этических аспектов. Все они подчас сращены воедино. Для большей наглядности я буду препарировать их на конкретных примерах, получивших наибольший резонанс.
Блондо и катушки
Довольно широко известна пуля Блондо. Главным образом известна она своей красивой легендой: Якобы французский инженер по фамилии Блондо создал эту пулю во времена Второй мировой войны для бойцов сопротивления. Прочная стальная пуля даже из простых охотничьих ружей способна была выводить из строя технику фашистских оккупантов.
Ну кроме того, что технику эта пуля и вправду способна выводить из строя, никаких иных подтверждений этой байке нет. Хорошо задокументированных случаев боевого применения пули Блондо отыскать не удалось. Но легенда бесспорно красивая и свое дело сделала. О пуле Блондо знают даже те, кто с пулевой стрельбой из гладкоствола никак не связан.
А вторым фактором запоминающейся популярности Блондо, который, по-видимому, в немалой степени повлиял и на возникновение самой легенды, является ее причудливая катушечная форма. Важно еще и то, что будучи сконструированной талантливым инженером, она базируется на весьма оригинальной идее аэродинамической стабилизации. На больших скоростях, потоки воздуха закручиваются в ее обводах особым образом, что позволяет сохранить устойчивость в полете при том, что ориентирована эта пуля более массивной частью назад. Такое необычное расположение очень часто вводит в заблуждение людей привыкших, что традиционно средняя гладкоствольная пуля обычно имеет форму, при которой центр масс смещен к носу. И так все к этому привыкли, что даже, когда показываешь чертежи пули Блондо, берущие начало прямиком из патента, находится масса людей, отказывающихся верить, что пуля эта ориентируется именно так — легкой частью вперед, а никак не иначе. Как видно, даже если бы сам автор этой пули поныне бы здравствовал и приводил бы аргументы в защиту аэродинамики этой пули, нашлись бы упрямцы, отказывающиеся признавать свою неправоту. Они, веротяно, твердили бы, что господин Блондо все понимает неправильно. И это не гипербола. Мне приходилось сталкиваться с людьми, которые, даже слыша как сам Виктор Владимирович говорит прямым текстом, что его пуля — ПО'лева, а никак не Полёва, все равно продолжали гнуть свою линию и лепетали что-то о том, что, дескать, уважаемый конструктор так идет навстречу людям, услужливо принимая любую версию.
Но это все отступление от темы, демонстрирующее, однако, то, что пуля Блондо стала притчей во язытцах. И вот это в нашем контексте важно. Проще говоря, она стала ярчайшим историческим примером пули катушечной формы. И отныне любая катушечная пуля некоторыми людьми считается украденой у Блондо.
Мы приведем ряд самых распространенных примеров.
Пуля Рубейкина это даже рядом не Блондо
И в качестве первого примера наилучшим образом подойдет пуля Рубейкина.
Справедливости ради на Блондо она в какой-то степени и правда похожа, и к тому же идеологически с нею сродственна, ведь как и Блондо она не была продуктом какого-то предприятия, выведшего ее на рынок, а была подана как идея для самостоятельного изготовления. О пуле Рубейкина впервые можно было прочитать в журнале «Охота и охотничье хозяйство», а позже информация о ней была мнократно ретранслирована.
Если подойти к вопросу грамотно, то мы увидим, что технически Блондо и Рубейкина это совершенно разные пули, разные настолько, насколько это возможо, хотя бы потому, что, в отличие от пули Блондо, пуля Рубейкина — подкалиберная. В том виде, в котором представил ее автор и так, как автор рекомендовал ее использовать, ею нельзя стрелять без контейнера. В качестве последнего предлагается использовать любой подходящий дробовой пыж-контейнер.
Форма у пули Рубейкина тоже отличается категорически. Причем у всех трех версий. И принцип стабилизации у нее как раз традиционный — с переносом центра масс в переднюю часть. Форма напоминающая катушку это слишком поверхностный признак. Конкретные габариты, со всеми диаметрами и углами и их комплексом — нигде нет никаких совпадений.
И даже материал, уж последнее, по чему параллели проводить, и тот разный. Стальная рубейкина предлагалась исключительно как опция для упрощения и удешевления. А вообще-то по рекомендации автора исконная пуля Рубейкина должна изготавливаться из меди, бронзы или латуни. В то же время сталь, как основной материал для пули Блондо есть предписанное в проекте обязательное условие. Только так можно раскрыть всю пробивную способность этой пули. Кстати, ее необычная форма и ориентация тоже продиктована требованием к повышенной пробивной силе. Ну и неслучайно я употребил выражение «основной материал». Проектом предписаны, кроме всего, еще и свинцовые ведущие пояски, которые и делают пулю Блондо калиберной по определению. Так что пуля Блондо вообще — биметаллическая. И это отличает ее даже от стальной пули Рубейкина.
Так что внешняя ассоциативная похожесть это все, что есть общего у пули Рубейкина и Блондо. Конечно, не исключено, что товарищ Рубейкин вдохновлялся творением Блондо, о котором по изложенным выше причинам просто не мог не знать, но на одной лишь этой похожести неприемлемо строить какие бы то ни было обвинения.
Любые инсинуации по типу: «...а вот если взять и развернуть пулю Блондо…», «...а вот если взять и добавить пуле Рубейкина…» считаю несущественными. Как уже стало широко известно, если бы у бабушки был бы половой член — она была бы дедушкой.
Пуля Иванова и нападки на ее автора
Судьба другой катушечной пули еще удивительнее. Стальная Пуля Иванова.
Иванов тоже подвергается регулярным нападкам за то, что якобы что-то там украл у Блондо. Что интересно, обвинения в воровстве у Рубейкина в адрес Иванова звучат гораздо реже, хотя, если на то пошло, некие условные общие черты между пулями Иванова и Рубейкина хотя бы присутствуют. Ну тут, видимо, неразборчивые в обвинениях люди просто минуют посредников, типа чего уж, все «катушки» же у Блондо украдены. Чего дробить?
Пулю Иванова и Блондо соотнести можно только лишь отключив всякое рациональное мышление. Тут опять же разница и в принципе стабилизации, и в типе пули, и конструктивных особенностях. Но к тому же появилось и еще кое-что, что делает различие между пулями Иванова и Рубейкина. Дело в том, что в неотъемлемом комплекте с пулей Иванова идет специальный изготовленный целенаправленно под нее контейнер. Когда в комплекте с поражающим элементом идут дополнительные специализированные детали того или иного назначения, то подобно, допустим, хвостовику они будут считаться деталью всей пули и не важно должны ли они в процессе выстрела отделяться или должны следовать вместе с поражающим элементом до цели, участвуют они в поражении или не участвуют. То есть пулей Иванова называется все вместе: и катушечное тело и его полимерная оболочка, отделяемая при выстреле. Ничего такого нет ни у пули Блондо, ни у пули Рубейкина, так что как бы там кому ни мерещилось, а пуля Иванова - это конструктивно уникальная самостоятельная пуля. Стоит так же упомянуть, что у пули Иванова есть коническое воронкообразное углубление в носовой части. И хотя о его назначении и целесообразности ведутся горячие споры, в нашем контексте это не важно. Но важно то, что такого углубления нет ни у Блондо ни у Рубейкина и ни у какой другой катушечной пули. Так что это тоже считается уникальной конструктивной особенностью, определяющий именно пулю Иванова.
Что в имени тебе моем?
Интересно, что наиболее часто авторы подвергаются обвинениям в воровстве тогда, когда они свою полезную модель называют своим именем. Пуля Рубейкина, Пуля Иванова… Это обыватель еще не слышал про пули Бублия или Пасечного.
То есть пуля «Ленинградка Л2», к примеру, это буквально подкалиберная Блондо в пластиковом контейнере, а «Ленинградка-Л6» это тоже самое только про пулю как раз Рубейкина, одну из ее версий.
Пули «Монолит» можно легко обосновать как модернизацию идей Блондо, равно как и пулю «Магнитка».
А пуля «Бизон-С»? Тут вам и форма в точности как у Рубейкина, и контейнер специально под тело, как у пули Иванова. Только из свинца отлита.
Это тоже по всему самостоятельные пули и никак никем не украденные, просто обрабатывающие и переосмысливающие похожие идеи, но их-то как раз обвиняют в воровстве нечасто, хотя, казалось бы, есть за что.
Видимо, в случае пуль, названных именем конструктора, ко всей этой тяге к борьбе за эмоциональную справедливость против здравого смысла добавляется еще и попытка изобличить честолюбие. Что ж, может и так. Может есть в этом некоторый честолюбивый мотив. В случае с Рубейкиным в меньшей степени, ибо наименование «пуля Рубейкина» закрепилось само собой. Конструктор просто проект представил под своим именем. В то время как Иванов под своим именем продукт вывел на рынок вполне сознательно. Даже если есть в том доля честолюбия, это все должно оставаться на совести автора. Я не вправе никого осуждать за это. Я лишь отстаиваю то, что упомянутые авторы имеют полное право назвать свой продукт как им заблагорассудится, ибо работу по созданию новой полезной модели они честно выполнили, и ни у кого ничего не крали, даже тогда, когда вдохновлялись творениями предшественников.
Если на то пошло...
Завершая эту часть нашей статьи я попробую порассуждать как иррациональный обвинитель. У меня в этом мало опыта и я не могу точно определить, какие признаки будут решающими. Скорее всего, в каждом конкретном случае будет по-разному, ведь они потому и иррациональны, что субъективны. Но попробуем пофантазировать. Все исключительно ради сатиры.
Видите ли, катушечная форма Блондо ведь тоже совсем не им изобретена. Лично мне в ней хорошо угадывается внешняя форма пули Диаболо.
Кстати, у последней принцип стабилизации схож: завихряющиеся вокруг головной части потоки воздуха упираются в конические скосы задней части и тем самым оттягивают ее, не давая пуле кувыркаться. У Блондо все то же самое. Просто пуля Диаболо менее прочная — давление хуже выдерживает, посему менее скоростная. А такая стабилизация на скорости работает лучше. Вот и пришлось французскому инженеру со сталью экспериментировать. Ну а пуля Диаболо, как известно, названа так за схожесть с популярной в свое время игрушкой, которую тоже француз по имени Гюстав Филиппар ...эммм... украл у китайцев?. Переосмыслил, в общем игрушку, которую называют иногда «китайским Йо-Йо». А последний в свою очередь похож на два скрепленных шара. Половины шара, конечно, но кому такие мелочи интересны? А скрепленые шары — это такой снаряд пушечный был. Особенно часто использовался против парусного вооружения кораблей. Два скрепленных шара, понимаете? Ну то есть Блондо ни дать ни взять шаровая пуля, только чуть-чуть подкорректированная. Тут-то любители шаровых пуль должны возликовать, ведь получается, что они правы. И лучше шара и вправду ничего нет, ведь все, что лучше шара — в сущности просто способ снаряжения шара. В какой-то степени это даже не издевка.
Или вот еще интересный пример. Была такая пуля Келли-МакЭлвина. Тоже суть катушка в общем-то (или диаболо?), только вытянутая, и потому для снаряжения требующая контейнер. А раз катушка, — ну тут уж ясно, что у Блондо украдена.
Советская версия пули Келли-МакЭлвина называлась «Кировчанка». Ее, кстати, Техкрим «украл». Отливает ее из цинка, заряжает в 410-й калибр без контейнера и называет пулей «Байбак». Вот же такой-сякой. Так вот...
Так она называлась потому, что делалась на Кировском заводе. На том же заводе, на котором работал Виктор Владимирович Полев. И у пули «Кировчанка» был двухлепестковый контейнер, а в задней части что-то вроде пластикового поддона. А знаете у чего еще был двухлепестковый контейнер с поддоном? У пули Полева! А ведь именно она полностью вытеснила «Кировчанку». Понимаете теперь в чем дело? Полев-то, получается, у Блондо украл!
По закону и по справедливости
Юридические моменты, связанные с авторским правом невероятно сложны, многогранны и всегда неоднозначны. Как и что бы нам ни казалось со стороны, а мы никогда не можем видеть картины в целом. Это всегда спор заинтересованных субъектов, которые будучи погруженными в процесс всегда имеют больше данных. Вот и пусть так и остается. Пусть суд решает кто прав, а кто виноват.
Да, фактически, нарушить авторское право однозначно, подчас, можно лишь выдав чужой продукт за свой. Если же были внесены хоть какие-то, хоть малейшие изменения, то фактически мы получаем новый продукт. Это обстоятельство многим кажется несправедливым. Многие расценивают это как возможность недобросовестного использования чужого изобретения, путь к легким деньгам по проторенной тропе. Но если подумать, то мы имеем редчайший случай, когда сама жизнь все расставляет на свои места: приживутся и останутся в истории лишь те изменения, которые на практике несут пользу, с какой бы идеологией они не были бы внесены.
Пули Полева стали одними из самых копируемых пуль совсем не случайно. Это настолько оптимальная гладкоствольная пуля, что придумать что-то лучше с теми же производственными характеристиками категорически сложно. Обладателем патента на пули Полева сейчас является Кировский завод охотничьего и рыболовного снаряжения. И насколько мне известно, ни в одном случае авторское право нарушено не было. Хотя мы имеем и «Удары» от Позиса, и «Импульсы» от САС. Некоторые модели последних так вообще от пуль Полева глазом отличить очень тяжело. В то же время у «Импульсов» есть вполне законный патент, подтверждающий, что это другие пули. И в самом деле габаритами они отличаются и, по-видимому, для легитимизации полезной модели этого достаточно.
Пули «Легенда» от Техкрима превосходный пример отличной доработки всех идей Полева, которые он внедрял при жизни, но которые почему-то не прижились на КЗРСе после его кончины. С технической стороны конструктивная схожесть с Полева очевидна, но с юридической стороны не подкопаться: «Легенды» — это другие пули.
И это мы еще не говорим о мелкосерийных кустарных производителях, которые в то же время довели качество своей продукции до высочайшего уровня. Полагаю, что масштабы этих производителей таковы, что они и вообще не торопятся задумываться о какой бы то ни было легитимизации, ибо находятся вне поля зрения надзорных систем.
Что самое забавное, я достаточно редко слышу обвинения в том, что упомянутые выше производители «украли» пули Полева. А знаете почему? Да потому что их продукция вдвое, а иной раз и втрое дешевле, чем оригинальные пули Полева. Так что правдорубы-то, конечно, за справедливость всей душой, но вот кошельком тянутся к выгоде как и все.
Что касается меня, то я вообще полагаю, что все выходит достаточно честно во всех отношениях и с точки зрения антропогенного закона и с позиции высшей справедливости, если хотите.
Есть в экономике такой закон: чем больше тираж, тем дешевле экземпляр. Заводы и фабрики строятся именно с этой целью. Сколько бы стоил коробок спичек, если бы каждую спичку вырезали вручную, после чего каждую бы макали в горючий состав? Ну и коробок склеить - тоже не пяти минут дело. А фабрика может обеспечить такие объемы и скорость, что коробок спичек - своеобразный эталон дешевого товара.
Надо полагать, что у завода охотничьего и рыболовного снаряжения производственные мощности больше, чем у Андрея Павловича, льющего свои пули на балконе собственной квартиры. Так как же так выходит, что Андрей Павлович продает пули втрое дешевле, чем Кировский завод? Неужели он альтруист и себе в убыток работает? Сильно сомневаюсь.
А как так вышло, что пули «Импульс» лежат на прилавке в захолустном местечковом магазинчике, в котором про пули Полева только слышали? И в каждом захолустном магазинчике на территории всего бывшего СССР «Импульсы» в общем-то есть.
Проявление высшей справедливости мне видится тут в том, что, как ни странно, а подчас защищать нужно не правообладателя от нападок со стороны недобросовестных подражателей, а потребителей от чрезмерной гордыни правообладателя. В каком-то смысле идея человеку не принадлежит. После того, как человек что-то изобрел, его изобретение становится достоянием всего человечества. Мы должны ценить и уважать первооткрывателя. И конечно же он должен получить за свой вклад достойное вознаграждение, но почить на своем изобретении как собака на сене никто не вправе. Никто не мешал специалистам КЗОРС производить работу по модернизации, распространению, наращиванию производства и популяризации. Никто не мешал назначить за продукт адекватную цену, а из гуманистических соображений, быть может, даже и снижать цену, чтобы причаститься могли все и каждый. Кто виноват в том, что всю эту работу сделали другие? Дискуссионный вопрос. Все те другие, кто эту работу произвел, достойны за нее не меньшего вознаграждения, чем сам первооткрыватель. Ведь не случайно есть в юридической части понятие «изобретение», а есть «полезная модель». Ну и насчет первооткрывателя… наверняка, если углубиться в историю, то мы увидим, как сам гигант Полев, на чьих плечах стоят современники, в свое время тоже на чьи-то плечи опирался. Такова нерушимая высшая справедливость истории.
Прямиком из средневековья, а с виду не скажешь.
В завершении хочу продемонстрировать еще один интересный случай, частично отражающий все вышеупомянутые стороны рассматриваемого в статье явления. Пуля Анферова известна уже порядочно времени, но в коллекции появилась она не сразу. А как только появилась, была немедленно внесена в каталог и представлена посетителям сайта. Так вот почти сразу, один из посетителей как только ее увидел, оставил такой комментарий, что мол вот неужели не работает у нас авторское право? Говорил с досадой он о том, что пуля Анферова имеет ряд очень близких черт с небезызвестной пулей Совестр. Собственно, пуля Анферова вполне открыто подавалась именно как наш ответ на эту французскую пулю. Ответ, кстати, вполне уместный. Патроны Sauvestre были одними из самых дорогих на нашем рынке. Просто запредельно дороги: по-видимому, высокотехнологичная пуля была сложна в производстве, да и производство патронов, скорее всего, требовало особую настройку линии. Для штатного срабатывания всей задумки требуется оперение хвостовика при снаряжении погружать в порох, что на стандартной линии сделать нельзя.
А в конечном итоге эти патроны в связи с санкциями исчезли и вовсе. Но поскольку пули Sauvestre показывали по-настоящему почти «винтовочные» результаты, даже при таких вводных, они имели популярность. Так что достойная альтернатива с теми же показателями напрашивалась.
Такой и стала пуля Анферова, но факт в том, что она никогда не была точной копией. Как и обсуждаемое ранее, она имеет ряд изменений и конструктивных особенностей, полностью очищающих ее права перед Sauvestre. И все, что было позаимствовано, — это лишь некая общая идея. Так что с юридической точки зрения авторское право у нас работает. Очевидно, человеку не понравилось именно заимствование идеи. И это вызывает недоумение. Собственно, почему тогда претензия к Анферову? Вообще-то сами Sauvestre говорили, что в основе их пули была суть подкалиберного танкового снаряда. Может тогда предъявить претензию французам, за то что они эксплуатируют эту идею, попирая права изобретателя подкалиберного танкового снаряда?
Но можно рассуждать и не так абсурдно, ведь в пулях Sauvestre есть хорошо опознаваемые черты пули Дворянинова. То есть как ни крути, а следуя этой логике в любом случае французские конструкторы заслуживают претензий гораздо раньше Анферова.
Кто был первым изобретателем подкалиберного танкового снаряда? Если поставить цель, то можно это и выяснить. Однако, на этом пути ждет сложность: где остановиться в погружении в историю? «Танковым» подкалиберный снаряд становился и тогда, когда на шасси устанавливали любую серийную пушку, которая ранее могла быть и полевой. И все ее снаряды автоматически становились в таком случае танковыми, не так ли? И если следовать дальше нити истории, которая к тому же никогда не бывает прямой нитью, это всегда извилистая путанная сеть, но допустим... то приходим к очень занятной вещи. Когда давным-давно я с упоением читал труд Уильяма Кармана об истории огнестрельного оружия, я был удивлен, узнав, что первыми снарядами для огнестрельных пушек были совсем не ядра. Вернее, сказать, совсем не только ядра. В то же время и наоборот: из баллист с арбалетами иногда и ядрами стреляли. Другими словами и у механического метательного оружия и у огнестрельного на заре становления последнего были в сущности одинаковые боеприпасы. То есть по-началу из пушек стреляли именно стрелами. Разумеется, первые артиллеристы при этом испытывали большие проблемы с обтюрацией. Так вот чтобы их решить, древко стрелы обкладывалось тряпьем ли, канатом ли, чем бы то ни было так, чтобы при выстреле эта обмотка сбрасывалась, и стрела летела далее свободной. А иной раз изготавливались и деревянные обкладки. С тех пор и поныне на западе подкалиберная пуля в контейнере называется Sabot Slug, то есть «пуля, обутая в сабо». Ну и чем, скажите на милость, это не идея, что заключена нынче в пулях Sauvestre, Дворянинова, Анферова и иже с ними?
Заключение
Если вы считаете, что ваши права попраны — собирайте доказательства и идите в суд. Это ваше святое неприкосновенное право. Негоже, чтобы бессовестные корыстные люди наживались на чужой интеллектуальной собственности. Так что бог вам в помощь в этой праведной борьбе. Но следует всегда помнить, что идея — она нематериальна и подчас не может быть чьей-то собственностью. Когда муза коснулась нескольких умов одновременно, или когда творчество одного сподвигло другого на то, чтобы сотворить — это природная сила, движущая социальный прогресс. Она выше личных человеческих страстей. И противодействовать ей крайне неразумно.
Все статьи